В Библии читаем: «…Фарисеи сказали ученикам Его: для чего Учитель ваш ест и пьет с мытарями и грешниками? Иисус же, услышав это, сказал им: не здоровые имеют нужду во враче, но больные, пойдите, научитесь, что́ значит: милости хочу, а не жертвы? Ибо Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию» (Мф. 9:11–13). Итак, если Христос допускал к Себе к грешников и, собственно говоря, пришел к ним, чтобы их спасти, то можем ли мы о них не молиться?
Данная статья не является истиной в последней инстанции. Она скорее размышление и приглашение к диалогу. Лично мне вопрос о непоминовении людей, которые являются крещеными в православии, верят в Бога, но не ходят в храм (или очень редко это делают), не исповедуются и не причащаются, напоминает сюжетную линию романа Марка Твена «Приключения Гекльберри Финна»: мальчик Финн испытывает «угрызения совести» по поводу того, является ли его друг негр Джим человеком.
Вопрос о непоминовении вышеуказанных людей напоминает мне «антимедицину». В обычной медицине самому больному человеку уделяется повышенное врачебное внимание. Его сразу переводят в реанимацию или следят за ним сутками. Дают ему лекарства, таблетки, делают процедуры.
Литургические молитвы, проскомидия, поминовение на ектениях, молебны – это сильнейшие духовные средства воздействия благодати Святого Духа на душу и тело человека для его спасения и исцеления, для его духовного и телесного здравия.
Мы же в данном случаи поступаем следующим образом: Бог на карете «скорой помощи» к порогу нашей больницы, сердца и души, подвез людей болящих и немощных. И вот мы, как врачи, входим в храм, словно в больницу-лечебницу. Около её двора в мусорной куче своих грехов, страстей, заблуждений лежат полуживые страдающие люди. Мы же отворачиваемся от них и входим в больницу, будто бы говоря себе: «Нет. Эти люди недостойны лечения и спасения. Пусть лучше мучатся и умирают».
Христианский ли это поступок? Размышляйте сами. Я же приведу два аргумента: евангельский и исторический.
Евангельский аргумент
И Святое Евангелие, и Апостол изобилуют призывами молиться за людей, особенно за грешников. Акцентирую внимание: это слова Самого Господа нашего Иисуса Христа и Его святых апостолов.
Поучительна евангельская история о расслабленном и его друзьях (см. Мк. 2:1–12). Расслабленный, т. е. разбитый параличом, неподвижный человек. Четверо друзей несут его в жару ко Христу. Как было тяжело им. Но они настолько любят больного, что несут его. Приходят к дому, где проповедует Спаситель, но пробиться к Нему по причине огромного скопления народа не могут. Казалось бы, всё. Но они не унывают. А совершают высший акт любви. Затаскивают больного на крышу, разбирают её, и на веревках спускают расслабленного прямо под ноги Бога. И Господь, видя их веру, любовь и воистину богатырский труд ради ближнего своего, исцеляет больного. Он идет домой своими ногами.
Мы своих близких, пусть и не крепко верующих, и не совсем воцерковленных, тоже обязаны на каждой Литургии, на каждом богослужении, в каждой домашней или келейной молитве неотступно, терпеливо и не унывая нести ко Христу для их спасения. Таков наш святой долг. И в первую очередь перед Богом, Который сказал: «…Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя; на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки» (Мф. 22:37–40).
Вспомним притчи о потерянной овце или потерянной драхме (см. Лк.15:1–10). Кто такая заблудившаяся овца? Конечно, каждый из нас. Грешник, заблудившийся во тьме грехов своих. Бросает ли Бог овцу на погибель? Нет. Наоборот, Сам спускается в ад, во тьму греха и спасает, как добрый Пастырь, выносит овцу на Своих плечах. Не это ли пример для всех нас?!
В притче о блудном сыне (см. Лк. 15:11–32) меня поражают такие слова: «И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его» (Лк. 15:20). О, бездна любви и милосердия Божия! Не так ли и мы должны поступать?!
А в притче о милосердном самарянине (Лк. 10:25–37) кто прошел мимо израненного человека? Священник и левит. Не нам ли это грозное предупреждение? Чтобы и наше сердце не стало сухим и бесчувственным к страданиям других людей?
Поучительна также история о женщине, которая была взята в прелюбодеянии. Её привели ко Христу, чтобы побить камнями. Бросил ли Богочеловек в неё камень? Нет. Он спас её. Осудил ли Он грешницу? Наоборот. «…Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши» (Ин. 8:11), – сказал Он.
Этот же эпизод – апофеоз Божественной любви: «И когда пришли на место, называемое Лобное, там распяли Его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону. Иисус же говорил: Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23:33, 34).
Вспомним святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова с его вечными стихами-догматами: «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Ин. 4:16); «Кто говорит: “я люблю Богаˮ, а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего» (1 Ин. 4:20, 21); «Если кто видит брата своего согрешающего грехом не к смерти, то пусть молится, и Бог даст ему жизнь, то есть согрешающему грехом не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился» (1 Ин. 5:16).
Святой апостол Иаков, брат Господень, говорит: «Ибо, как тело без духа мертво, так и вера без дел мертва» (Иак. 2:26). Т. е. если мы любим и верим, то должны совершать дела любви и веры. А какое самое главное дело любви и веры? Это молитва за ближних своих.
Когда-то Иоанн Кронштадтский сказал в назидание иерею, что священник не имеет права молиться только за себя, он обязан молиться за народ. И за падших, и за заблудших или не до конца просвещенных. Как и всякий христианин, который в нравственном смысле (не в иерархическом) стал царственным священником, приняв Таинство Крещения. Об этом возгласил святой первоверховный апостол Петр, обращаясь ко всем православным христианам: «Но вы – род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет; некогда не народ, а ныне народ Божий; некогда непомилованные, а ныне помилованы» (1 Пет. 2:9, 10).
Сято1 первоверховный апостол Павел писал: «Итак прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за царей и за всех начальствующих, дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте, ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2:1–4).
Напомню, что это апостольская заповедь: совершать молитвы, прошения, благодарения «за всех человеков». Можем ли мы её отвергнуть? Имеем ли мы на это право, если наша Церковь Апостольская?
Исторический аргумент
Мы не должны забывать о том, что наши старшие поколения воспитывались в Советском Союзе. С детского садика им в уши вливалась атеистическая пропаганда о том, что Бога нет, а религия – это «опиум для народа». И то, что они под конец жизни стали верующими людьми, является своего рода подвигом, ведь их десятилетиями воспитывали в атеистической традиции. При этом репрессивная машина работала полным ходом: от общественного порицания и увольнения с работы до тюремного заключения и расстрела в определенные периоды истории.
Люди, несмотря на это, стали верить в Бога. В каком-то смысле это рождение сверхновой звезды или сотворение нового континента. В их внутренней духовно-сердечной вселенной это кардинальное обновление всего мира. И мы не можем подобного изменения не учитывать. Ведь такое изменение – подвиг души человеческой. Да, она не доросла до Таинств Исповеди и Причастия. Но их родители под страхом смерти, увольнения, заключения крестили в Церкви наших бабушек и дедушек, отцов и матерей. И сами они уверовали в Бога. По-своему, быть может, не так сильно, как нам хотелось, но уверовали. И теперь мы, возвеличенные и поднятые в Церковь на их плечах и их руками, должны усилить молитву и за них, чтобы и они спаслись во Господе нашем Иисусе Христе вместе с нами.