Продолжение. Начало здесь.
Подготовка ко Святому Причащению – это процесс всей жизни. Кто-то из святых говорил, что надо жить так, чтобы каждый день быть готовым ко причастию. Мы разбираем Покаянный канон, который молитвенно прочитывают христиане перед причастием. В этой статье мы будем вникать в смыслы пятой и шестой песни.
Ирмос 5
«Бо́жиим све́том Твои́м, Бла́же, у́тренюющих Ти́ ду́ши любо́вию озари́, молю́ся, Тя́ ве́дети, Сло́ве Бо́жий, и́стиннаго Бо́га, от мра́ка грехо́внаго взыва́юща».
Как красиво сплетен этот ирмос. Так можно сказать только по церковно-славянски. Из тьмы греховной взываем к Тебе, Боже. Озари любовью и Божественным светом с раннего утра ищущих Тебя, Господи. Чтобы они знали Тебя, Истинного Бога.
Церковно-славянский – это язык святой, и он не был никогда в обиходе. Создан Кириллом и Мефодием, двумя святыми мужами. Прп. Кирилл был полиглот, умнейший человек своего времени, Гений, с большой буквы. Он соединил греческий со славянскими языками и умножил это на православное богословие и святоотеческий гений. Опять плач. И снова:
«Помилуй меня, Боже, помилуй меня».
Теперь нам предлагается проделать работу с памятью. Она хранительница совести. Через нее совесть получает доступ к прошлому.
«Воспомяни́, окая́нный челове́че, ка́ко лжа́м, клевета́м, разбо́ю, не́мощем, лю́тым звере́м, грехо́в ра́ди порабоще́н еси́; душе́ моя́ гре́шная, того́ ли восхоте́ла еси́?»
В конце знак вопроса. Неужели, душа, ты хотела этого? Сколько раз ты служила страстям, грехам? Вспомни, сколько ты раз обманывала, клеветала, отнимала чужое, служила страстям – лютым зверям, горела пламенем бесовским ради греха. Этого ли ты хотела, душа?
В этом-то и смысл, что грех переводится как промах, именно так это по-гречески, «амартия». Хочется, например, приврать чуть-чуть, и вроде бы легче станет от этого. Но не заметишь, как уже заврался так, что концов не соберёшь. И что теперь? А как дальше вообще жить? И ты смазал, промахнулся и в итоге соскользнул с истинного пути.
«Поми́луй мя, Бо́же, поми́луй мя».
Опять евангельское… Помилуй нас, Господи, Сыне Давидов. Помилуй меня, Боже, помилуй меня!
Мы стоим перед Иисусом Христом… Дрожу, трепещу…
«Трепе́щут ми́ у́ди», то есть все части моего тела.
«…Все́ми бо сотвори́х вину́». Потому что виноват весь, всеми частями тела виноват.
«…Очи́ма взира́яй, уши́ма слы́шай, язы́ком зла́я глаго́ляй, всего́ себе́ гее́нне предая́й; душе́ моя́ гре́шная, сего́ ли восхоте́ла еси́?»
Через слово, через дело, через глаза, через уши – мы ведем себя в геенну.
«…Всего́ себе́ гее́нне предая́й».
Оказывается, пламень гееннский возжигаем мы сами. Помните, как в одной христианской пословице говорится: в ад каждый приходит со своим огнем. Это глубоко святоотеческое учение.
«Помилуй меня, Боже, помилуй меня».
К Богу милосердному воспаряет душа.
«Блудника́ и разбо́йника ка́ющася прия́л еси́, Спа́се, а́з же еди́н ле́ностию грехо́вною отягчи́хся и злы́м дело́м порабо́тихся, душе́ моя́ гре́шная, сего́ ли восхоте́ла еси́?»
Господь милует и блудников, и разбойников. И всех грешных принимает. Только я один ленюсь. Грехом весь перегружен, отягчен. Злым делам рабом стал.
Душа моя грешная, этого ли ты хотела? Ты хотела брать чужое, обманывать, лукавить. Наконец ты разленилась. Ты стала рабом греху. Ты вся отягощена. Лежишь, сил нет. Ты этого хотела?
Нет, не хотела этого. Боже, не хочу этого!
Поэтому «Помилуй меня, Боже, помилуй меня». Здесь мы видим покаянный ритм, он поэтически выражен. Мы поем Богу. Плачем и поем. И снова плачем. Это восточные ритмы, это красота.
«Пресвятая Богородица, спаси нас.
Ди́вная и ско́рая помо́щнице все́м челове́ком, Ма́ти Бо́жия, помози́ мне́ недосто́йному, душа́ бо моя́ гре́шная того́ восхоте́».
Матерь Божья, дивная и скорая помощница всем человекам, всем людям. Помоги нам, хоть мы и недостойны, потому что душа наша этого хочет.
К середине канона душа наша уже размякла. Хочет спасения, прощения. Мы сокрушали её, мы Страшным судом пугали, мы уже смертный час помышляли. И вот она, голая от грехов, стоит со слезами на глазах в сознании, что хочет одеться в ризу правды, взывает к Божию милосердию.
Песнь 6
«Жите́йское мо́ре, воздвиза́емое зря́ напа́стей бу́рею, к ти́хому приста́нищу Твоему́ прите́к, вопию́ Ти́: возведи́ от тли́ живо́т мо́й, Многоми́лостиве».
Жизнь наша, как море бурное: крутит, вертит нами, поднимается волнами… Но мы стремимся «к тихому пристанищу Твоему». Поэтому молимся: «От тленности живот мой возведи, Многомилостиве».
«Помилуй меня, Боже, помилуй меня.
Житие́ на земли́ блу́дно пожи́х и ду́шу во тьму́ преда́х, ны́не у́бо молю́ Тя́, Ми́лостивый Влады́ко: свободи́ мя́ от рабо́ты сея́ вра́жия, и да́ждь ми́ ра́зум твори́ти во́лю Твою́».
С середины канона мы начинаем беседовать с Богом. Побеседовали с душой, укорили себя, сокрушили себя, привели в умиление, поняли, что нуждаемся в Боге. И теперь говорим: «…Свободи́ мя́ от рабо́ты сея́ вра́жия, и да́ждь ми́ ра́зум твори́ти во́лю Твою́». Господи, не хочу так жить дальше! Освободи меня от работы на врага.
«Помилуй мя, Боже, помилуй мя.
Кто́ твори́т такова́я, я́коже а́з? Я́коже бо свиния́ лежи́т в калу́, та́ко и а́з греху́ служу́».
Кто творил такое, как я творил? Как свинья лежу в калу… Это привычка такая у свиней. Так и я греху служу, привык уже. Вот такое страшное сравнение.
«Но Ты́, Го́споди, исто́ргни мя́ от гну́са сего́ и да́ждь ми́ се́рдце твори́ти за́поведи Твоя́».
Сначала мы просили: «Даждь ми разум творити волю Твою». Теперь продолжаем моление и просим: «Даждь сердце»: обнови разум, обнови сердце. Дай, Боже, нам новый разум, новое сердце. Творить что? Заповеди Твои. От разума многое зависит, от того, как жизнь понимаем, что считаем первостепенным, а что второстепенным. К тому и сердце прилепляется, то оно и полюбит, что разум посчитал самым важным. Вот и просим: «Обнови». Обновит Господь.
«Помилуй меня, Боже, помилуй меня.
Воспряни́, окая́нный челове́че, к Бо́гу, воспомяну́в своя́ согреше́ния».
Вспомнив свои согрешения, к Богу воспряни. Не в подушку плачь, что нет прощения. К Богу воспряни!
«…Припа́дая ко Творцу́, слезя́ и стеня́; То́й же, я́ко милосе́рд, да́ст ти́ у́м зна́ти во́лю Свою́».
Такой путь: вспомнили грехи – поднялись к Богу. Дальше судьбу строить нам единомысленно с Богом. Он даст нам ум знать волю Свою.
«Пресвятая Богородица, спаси нас.
Богоро́дице Де́во, от ви́димаго и неви́димаго зла́ сохрани́ мя́, Пречи́стая, и приими́ моли́твы моя́, и донеси́ я́ Сы́ну Твоему́, да да́ст ми́ у́м твори́ти во́лю Его́».
Мы просим ум. Очень многое зависит от ума. Помните, с чего мы начинали. Страсти слабеют, когда узнают закон Божий; грехи «убегают», ослабляются, становится легче бороться с ними. Мы сильнее становимся, когда закон Божий над нами.
И вот мы просим, чтобы Матерь Божия молитвы донесла Сыну, чтобы Он дал нам ум творить волю Его.